Большой лубоед — немалый вред

Появилась на молодых нежных верхушечных побегах роз тля – осторожно и тщательно пальцами уничтожаю первые колонии вредителя, не набравшие еще силы. На это требуется минут десять, после чего надолго отпадает необходимость в кажущейся неизбежной химической обработке кустов.
 
Если на крыжовнике вижу оголенные ветви, делаю вывод – начали хозяйничать личинки пилильщика. Здесь ручную обработку проводить сложно, поэтому опрыскиваю заселенный куст, а заодно и соседние настоем листьев полыни.
 
Осматриваю сосенки, лет двадцать назад принесенные из леса и высаженные за околицей. Теперь это уже взрослые высокие деревья, диаметром в 20–25 см. В прошлом году вовремя обнаружил на одном из них и уничтожил (тоже «ручным» методом) колонию рыжего соснового пилильщика, объедающего хвою.
 
На одной из сосен хвоя пожелтела, она явно светлее обычного. Внимательно обследую дерево и обнаруживаю у основания ствола 3 конусовидные кучки крупных желтых опилок. Они явно высыпались из ствола. Это буровая мука, выброшенная поселившимися под корой личинками большого елового лубоеда. Впервые вижу в наших ярославских местах следы деятельности этого насекомого. Впрочем, лубоед обитает в ельниках и сосняках всей европейской России, поэтому нет ничего удивительного в том, что он появился в наших краях. Надо срочно принимать меры, иначе будет поздно.
 

Относится большой еловый лубоед, или дендроктон, к семейству короедов. Основное отличие лубоедов от родственников (заболонников и настоящих короедов) состоит в отсутствии так называемой тачки – впадины на конце тела и зубчиков, помогающих выталкивать буровую муку изпод коры дерева. Задний конец тела у лубоедов выпуклый и закругленный.

Еловым лубоеда называют за то, что ель – его излюбленная кормовая порода, хотя не брезгует насекомое и соснами. Большим лубоеда именуют, во-первых, за то, что он и в самом деле не маленький. Размер черных, коричневых или желто-бурых продолговатых, покрытых длинными серо-желтыми волосками (впрочем, видимых только в лупу) жуков может достигать 9 мм. Это самый крупный из короедов на территории России (длина тела большинства короедов – 1,5–5 мм). Во-вторых, существует и малый еловый лубоед, или полиграф. Этот «малыш» длинной около 3 мм поселяется на тонких вершинах и ветвях елей, а «большой» его собрат осваивает самые мощные части ствола, поселяясь в комле, почти у самой почвы.

Биология дендроктона своеобразна. Самка, найдя подходящее для заселения дерево, при помощи сильных челюстей внедряется под кору. Здесь она выгрызает неправильной формы полость – яйцевую камеру. Стандартного, упорядоченного по рисунку маточного хода, как это свойственно другим короедам, напрмер короедутипографу, самка дендроктона не делает. Выгрызенные ею яйцевые камеры уникальны: они представляют собой широкие площадки, наполненные буровой мукой, собственными экскретами и смолой. В такую «адскую смесь» самки и откладывают яйца.

Жуки совершенно не боятся, что смола их зальет. Этот испытанный «прием защиты» от других короедов дереву здесь не помогает. Из отверстия, проделанного самкой, смола вытекает наружу, застывая у входа в виде толстостенной воронки в несколько сантиметров длиной. Засохшие потоки смолы, словно маленькие желтые сталактиты, хорошо видны на стволе. Под ними, в местах, где уже поработали личинки, и образуются те самые опилки, которые я заметил: они выдают места поселения вредителя.

Личинки, выходящие из яиц, сообща точат под корой так называемые семейные ходы – полости неправильной формы. Белые С-образные и безногие личинки питаются «выводками». Постепенно они расширяют границы поселения и оставляют за собой линочные шкурки, новые порции буровой муки и экскременты. Личинки растут, линяя 4 раза. Когда они достигают последнего возраста, каждая устраивает персональную колыбельку в коре, где и окукливается. На все это может потребоваться более года.

Взрослые особи, вышедшие из куколок, живут некоторое время в семейных ходах. Позже они выгрызают собственные ветвящиеся ходы, еще больше расширяя зону поражения. Здесь жуки, как правило, и спариваются.

Некоторые особи, не выбираясь наружу, проделывают отверстия от края своей собственной камеры, где они отродились, до новых соседних галерей. Они как бы заходят в гости к соседям. Другие выходят из своей камеры, внедряются сквозь кору, повторно заселяя уже освоенное дерево. Третьи разлетаются и заселяют новые деревья.

Зимуют у дендроктона как личинки, так и жуки. Весной при дневной температуре воздуха 20–23° камеры покидают как молодые жуки нового поколения, так и старые, зимовавшие оплодотворенные самки. Начинается разлет жуков. Как видим, начало новой колонии способна дать всего одна оплодотворенная самка.

Лишь после того, как на стволе образовалось несколько колоний вредителя, у деревьев появляются явные признаки заселения: укороченные майские побеги и пучки рыжей хвои. Их-то я и заметил, совершая очередной контрольный обход дачных владений.

При малой заселенности деревья могут оставаться живыми многие месяцы и даже годы. В дальнейшем на такие деревья нападают другие стволовые вредители, и деревья неизбежно усыхают. Но дендроктон и один способен погубить дерево: для этого достаточно поселиться на нем всего нескольким семьям. Сосна или ель, оказавшаяся в кольце ходов личинок, неминуемо погибает.Во время вспышек численности дендроктон в состоянии полностью разрушить целое насаждение.

Издавна человек пытался бороться с дендроктоном, обмазывая комлевые части пораженных деревьев различными составами.  Сейчас для этих целей используют пестициды. Обработки заселенных деревьев проводят с мая по сентябрь. Опрыскивать приходится комлевую, нижнюю часть растущих деревьев. Сократить численность вредителя помогают также выборочные санитарные рубки, во время которых из леса удаляют все заселенные жуками деревья.

В своих традиционных местах обитания дендроктон редко наносит большой вред: здесь его в массе уничтожают дятлы и хищные насекомые. Но там, куда он проникает впервые, ущерб может быть колоссальным. Не исключено, что это связано с отсутствием его естественных врагов.

В защите сосны от неприятеля я прибегнул к самому простому способу. Острым топориком зачистил кору в местах ее поражения, уничтожив хорошо устроившихся здесь личинок. К счастью, они не успели окольцевать весь ствол, солидная часть окружности оставалась еще не тронутой. Это и позволило дереву отделаться «легким испугом»: на нем лишь слегка пожелтела хвоя. Спустя пару месяцев все возникшие раны на стволе сосна залила смолой.